Юность
Солнце плавает жёлтым утёнком В половодье весенней реки. Сердце мечется глупым кутёнком, Ищет ласковой властной руки. Но, устало чувствуя осень, Я сказала ему: "Забудь." Только сердце нежности просит - Хоть какой-нибудь, хоть чуть-чуть...Е.К.
Да, существует магия имён И колдовство мерцающих мгновений. Как встрепенулось сердце: "Это - он.", Когда до слуха донеслось: "Евгений". Играла музыка, и озаряли зал Неярких скрипок розовые свечи. Негромкий голос ласково сказал - Как подарил фиалку - "Добрый вечер". Не забывай. Хоть ничего и не было - Ни встреч, ни поцелуев, ни словес. Пронзительная власть красивой нЕбыли, Мираж любви, предчувствие чудес. Не забывай. Хоть, вроде, помнить нечего: В мельканьи, в шуме трудно отыскать Ту крошку нежности, что мы однажды вечером Друг в друге молча стали понимать.Ветер.
Молчу. Улыбаюсь беспечно. Все знают, что счастье - невечно, И только глупцы, да, конечно, Глупцы лишь об этом скорбят. Но сердце тоскует и просит "Останься." Но ветер уносит, Всё дальше и дальше уносит Тебя. Других оторвав от кого-то, Ко мне он швыряет кого-то, Могучей стихией полёта Колдуя и властно маня. Отдаться стихии влекущей? Но ветер всё ближе, всё пуще Доносит твой голос, зовущий Меня.В первый раз.
А мне бы - кинуться на шею и заплакать. А мне бы застонать: "Не уезжай." Декабрьский дождь. И холодно. И слякоть. И горький привкус терпкого "прощай". И нам по двадцать лет. И мы чего-то Простить друг другу не смогли в тот миг. И гордый взлёт большого самолёта. И вслед за ним летящий птицей крик. И стопка старых писем вглубь комода Запрятана - запретна и стыдна. И вот, спустя почти четыре года, Случайно под руку попалась мне она. Артезианской скважиной забила Смешная нежность, полудетский пыл. Я поняла, что я тебя любила. И поняла, как ты меня любил. Декабрьский дождь. И холодно. И слякоть. И горький привкус терпкого "прощай". А мне бы - кинуться на шею и заплакать, А мне бы застонать: "Не уезжай."* * *
Это было так. ...И, прервав беззаботный бег, Я попросила смущённо и тихо: "Плохо тебе, хороший человек. Дай мне кусочек твоего лиха. Не смотри, что хрупкая. Я стерплю. Дай хоть немножечко, хоть на денёчек. Я (соврала) - я тебя люблю. Он - растерялся. И дал. Кусочек. Потом я просила: "Ведь я сильна. Кто-кто, а ты-то знаешь. Не кину. Дай половину. Дорога длинна..." Он - улыбнулся. И дал. Половину. Летели дни. И уже без просьб, Чтоб легче шагалось и дальше шагалось, Он мне отдавал - за гроздью гроздь, Без скидок на слабость, забыв про жалость. Потом - легконогий - стремительно шёл С гордым лицом и свободным взглядом. И я светлела (хоть груз тяжёл), И я, как могла, семенила рядом.БРОДЯ ПО ИНТЕРНЕТУ
Лит. сайт.Еле слышно трепетанье Развевающихся шлейфов: В светлом воздухе мельканье Виртуальных фей и эльфов. Драпируются в наряды, Строят маленькие лиры Иллюзорные дриады И фантомные сатиры. Дирижирует оркестром На минутку ставший главным Самый светлый эльф-маэстро, Притворившись старым фавном.МИР - ТЕАТР. НЕ ШЕКСПИР.
Коль мир - театр, то тот, в котором Творец лукаво начудил: В нём зритель кланялся актёрам И уходил. Средь шума, шиканья и свиста Одна ропщу и трепещу, И смелому авангардисту Рукоплещу. В порыве чувств, не из каприза, На выходе приторможу: "Дослушаю ещё репризу - И ухожу." Сей водевиль поставил гений. "Ещё билетик, ангел мой, Достанешь мне?" Но тем не мене Пора домой.АКРО (Подарочное)
Артемида, к тебе глас. Муза, лиру настрой острей. Арестован, следит глаз За полётом её стрел. О, Арес, кандалы сбей Нежных книг, неспокойных книг. Книги делают нас слабей. Амазонка, сожги их.ЧАС УЧЕНИЧЕСТВА
По мотивам Скитальца. 1. Оловянные солдаты не ломаются о рифы - Лишь бы в жизни оставалось на бумагу и стакан. И когда на перекрёстке проборматываю рифмы - Мне до лампочки в машине чьи-то пальцы у виска. Нашей жизни механизмы не работают без смазки - Не спешите же с налёта непохожего судить. Много мудрости не надо, чтоб ходить в солидной маске, Если ж ты сошёл с чего-то, значит - есть с чего сходить… Саламандры под гитару в хороводе пляшут слепо, Запалил лесные свечи в водах тонущий закат. Догорающее время вороша под слоем пепла, Я разыскиваю искру, где затеряна строка. И насилую щипками эти струны, чтоб запели От восторга или боли, что во мне - едина суть… И тогда желанный берег на минуту из-за пены Вдруг проявится - и память, хоть недолго, пронесу… По ошибкам и потерям, как по камешкам на пляже, Я торю свою тропинку в доносящийся прибой, Не раскладывая карты, не гадая, что мне ляжет, Всё, что прожил или нажил, на плече неся с собой. Только юность, по дороге затерявшаяся где-то, Только небо, за делами позабывшее о нас, Только солнце в гор бойницах… И подспудная надежда, Что когда-нибудь подхватит набежавшая волна. (СКИТАЛЕЦ "Оловянные солдаты") Жар в стеклянном капилляре серебристой нитью вырос: Не расплёсканный стихами, он раздолбит свой острог. Я давно подозревала: стихоплётство - это вирус (Загораешься от ритма, зажигаешься от строк). Много поводов для скорби, а для радости - не много: Принесёт залётный ветер необычные слова - На хвосте станцует кобра перед дудочкой иога, И прожжёт две круглых дырки в темноте ночной сова… Слишком долго вырастала, слишком многому училась - Мой корабль оброс ракушкой, не сойдя со стапелей… То, что смутно ожидалось, наконец-то получилось, Словно мяч послал "в девятку" пробудившийся Пеле. А всего и нужно было - об колено грохнуть рамки, Чтоб при жизни не смотреться как свой собственный портрет. Время - мамка-зверь - залижет багровеющие ранки, Время - мамка зверь - согреет, если кто-то не согрет…По мотивам Скитальца. 2.
Порой накатит эта муть - депрессуха, И неохота вылезать из потёмок. Из глаз не выдавить и капельки - сухо, А всё, чем дышится, - серо и потёрто. С дивана душу не поднять и домкратом, Изнемогая от бессилья и лени, Листаешь прошлого себя измышленья, И утешаешься - бывало стократы И проходило… Только логика - мимо. А все полёты - да не шут бы и с ними? Порой накатит эта муть - депрессуха. (СКИТАЛЕЦ)Не паникую, не скулю и не ною, Шепчу: "Прорвёмся" и "Победа за нами". Но - так и есть - на горизонте стеною Встаёт отчаянье - громада-цунами. Вот-вот нахлынет, захлестнёт и затопит, Жизнь из ноздрей уйдёт коралловым соком… В последний миг - спасибо предкам за опыт - Инстинкт ли, чувство ли: спасенье - в высоком. Взахлёб - на выставки, концерты, спектакли. Ночные бденья над стихами и прозой. Мне, чтоб жить дальше, нужно выжить - не так ли? И не до быта - бытие под угрозой. Любви и дружбы взять по полной программе: Чтоб в жизнь вцепиться - их и много и мало… А что - цунами? Нету больше цунами. Я проскочила. Так и раньше бывало.По мотивам Эммельна*. 1.
Пройдите мимо, дитя, Не вздрогнув, глаз не скосив, Ключи на пальце вертя, Мурлыча модный мотив. Поймайте узкой рукой Летящий жёлтый листок - Слетит мой ложный покой, А город будет жесток: Он спрячет Вас за углом. Мой взгляд, зажатый в тисках, Рванётся к Вам напролом, Но тщетно будет искать Фрагменты гордой спины Средь торопящихся спин… Но Вы уже вплетены В орнамент старых лепнин… И плен грядущего дня Тягуч и тёмен как смерть. Пройдите мимо меня - Я буду долго смотреть.*- Эммельн - город, придуманный в творческом объединении "ЛИМБ"По мотивам Эммельна. 2.
ГриФуВзмах таит в себе угрозу, И бросок - прямой и меткий. Не спешите уклониться - не опасен сей предмет: Эй, Поэт, ловите розу От восторженной гризетки, Той, что шепчет вечерами Ваши опусы, Поэт. Вот, Философ, Вам цветочек. Вы мне стали ближе брата: Ваши книги - утешенье при немилости небес. Заучивши восемь строчек Из мудрёного трактата, Я учёнейшей девицей прослыла среди повес. Сладкий голос пел об утре, Об истомном зное лета, Жалил глупое сердечко самой жалобной из стрел. Менестрель, склоните кудри, Вам венок из первоцвета. Незатейливой короной Вас венчаю, Менестрель.В духе Сирано* (альманаха и человека)
Нет темы для молитв, но есть строка. Ещё чуть-чуть - она в строфу вольётся, Под горечь вин и сладкий вздох греха. Блажен, кто верует… Блаженней, кто смеётся!.. Есть свой черёд у шпаги и пера. Наглец и трус пускай остережётся. Для нас, гасконцев, жизнь и смерть - игра! Блажен, кто верует… Блаженней, кто смеётся!.. Любой из нас, пусть даже пьян стократ, От чёрта в преисподней отобьётся. И, значит, не для нас согреют ад. Блажен, кто верует… Блаженней, кто смеётся!.. А для меня её единый взгляд, Когда она на шутку улыбнётся, Дороже титулов и всех земных наград! Блажен, кто верует… Блаженней, кто смеётся!.. Сильнее стали только яд интриг, Но до того как сердце разобьётся, Хочу услышать в свой последний миг: "Блажен, кто верует… Блаженней, кто смеётся!" (ЛЮЦ "СИРАНО")Глазами Сирано.
Кто в спор решил вступить с тираном своенравным, Так мысля: "Пусть же я паду в бою неравном, Потомки всё поймут… В потомках отзовётся…" Блажен, кто верует… Блаженней, кто смеётся. Купив бутыль вина на торжище базарном, Ты думаешь: "В напитке сём янтарном Колодезной воды и капли не найдётся." Блажен, кто верует… Блаженней, кто смеётся. Кто мнит, что продавец ему без денег рад, Мол, больше для него не сделает и брат: Кем столько пропито, тем - даром воздаётся… Блажен, кто верует… Блаженней, кто смеётся. Палач калит щипцы в азарте оголтелом. Трепещет еретик, вжимаясь в угол телом. Молитвы шепчет он в надежде, что спасётся. Блажен, кто верует… Блаженней, кто смеётся. Когда свою жену, что всем слывёт примером, Застанешь тет-а-тет с пригожим офицером, То думай, что урок ей тактики даётся… Блажен, кто верует… Блаженней, кто смеётся…ГРУСТНАЯ СКАЗОЧКА
«Я, бабушка, сказывать маме не стала, Как я заблудилась в лесу, Куда я попала, кого повстречала, Какую я муку несу. Я вышла пригорком к Ведьмачью болоту, Хотела вернуться - ан нет: Гудут мои ноги, неможется что-то, Не радует солнечный свет. И тянет с поляны в чащобу - тревожно Там, холодно, сыро, темно. Вдруг вижу - изба не изба, а сторожка, И светится красным окно. И дверь распахнулась. Смотрю я - выходит Корявый кудлатый урод, Хохочет, кричит: «Ты дождался, Мефодий!» И манит меня, и зовет: «Поди, моя ягодка. Будешь послушной - Не знать ни забот, ни труда. Отведаешь праздничной жизни нескушной. Сюда, моя люба, сюда! Не бойся, пичужка, я ласковым буду. Привыкнешь к моей седине. Зато ни обману тебе, ни остуды. Ко мне, моя лада, ко мне!» И сыпет мне прИгоршню свечек пасхальных. Как вспомню, так щеки горят: И что предлагал он мне, старый охальник, И что принялсЯ вытворять. Дрожу и шепчу: «С нами крЕстная сила.» Тоска - будто каменный гнет. Я, бабушка, нехристя перекрестила. Как взвоет он, как чесанет. А я - по болоту бежать, что есть силы, Не глядя, не видя. Спаслась. Но нет мне Спасения: не отпустил он, Сюда мне являлся не раз. Нельзя ни порезаться, ни уколоться - Сладка ему кровь, тут как тут. Нельзя на закате стоять у колодца - Кричит из воды, шелапут. И начали с пАрнями беды случаться: Дошло до ножа и петли. Кузнец наш Сережа стал мне улыбаться - Вчера утонувшим нашли. А мне под подушку гостинчика ложит: То пряничка, то леденца, То стужи напустит - замёрзну до дрожи, То в зеркале вместо лица Увижу Трезоркину морду в короне. Сказать ли чего захочу - То крячить и каркать начну по-вороньи, А то как корова мычу. Ко сну раздеваться мне мукою стало: Сопит и вздыхает, урод. Загубит меня чернокнижник, пропала Я, бабушка… Вот он идёт!» И вихрь налетел. И ее завертело, Пушинкою вскинуло ввысь. И бабушка крикнула той, что летела: «Молись, моя детка, молись!» Copyright © WWWoman 1998 - 1999Фрегат
Детская песенка.Где ты шатался, старый фрегат? Гнутые мачты тихо скрипят, Клочья свисают с ободранных рей. Сколько исплавал ты разных морей? Боцман пузатый с трубкой во рту. Пил он и дрался в каждом порту... Встретились, помнишь, лет сорок назад Тощий мальчишка и юный фрегат? Сколько баталий вынес ты, брат. Весь ты изранен, старый фрегат. Ядра свистали, горел такелаж, Ярость несла тебя на абордаж. Лезвие в зубы - с борта на борт Прыгал мальчишка, злющий как чёрт. В схватках кровавых окреп и подрос С бешеным нравом смуглый матрос. Сколько бутылок парень открыл, Скольким девчонкам бусы дарил - Многое помнят, о многом молчат Боцман пузатый и старый фрегат...Боцман и попугай
"Попугая с плеча, старый боцман, сними. Я к тебе заглянул на минутку-другую, Я - сопливый матрос. И, едва заштормит, Под коленками дрожь удержать не могу я... Приоткрой мне, старик, тайны древних морей. Ты ведь, знаю, найдёшь, чем со мной поделиться... ... Так что ты уж молчи, старый боцман, молчи. И заставь помолчать своего попугая..."Иваси
Я на палубу вышел, а ночь холодна... - И тебя угораздило тут примоститься? - На какой-то стоянке мулатка одна Подарила мне эту вонючую птицу... - Глаз не сводит с тебя салажонок-матрос. Ну-ка каркни ему "Крэзи бой" и "Карамба", Он - хороший пацан. Слишком быстро подрос. А давно ль капитан обучал его самбо? Будет толк. Я в таверне за ним подсмотрел: Он с улыбкой хамил черномазой горилле, Напряжён и спокоен. А в драке зверел. Я молился тогда, чтоб его не убили. Да и мне перепало порядком в ту ночь... Ну, не так, чтобы очень, а всё - неприятно... Я по пирсу щенка уволакивал прочь - Он блевал и ругался и рвался обратно... Я видал, кто встречал его, кто провожал: Замухрышка, конечно, но было в ней что-то... А в афинском борделе он всех поражал Ювелирной, сказал бы я, точной работой... Ну, в игре не везёт - так не нужно играть, Да не надо б травить - всё про тайны да клады... Помолчи, моя птица, довольно орать. Откручу ведь башку-то. Сказал же - не надо!Зарисовочка
Ты - хитрая. А я стократ хитрей. Я на охоту вышел за тобою. Смеёшься ты, движением бровей Обозначая, что готова к бою. Ты хищница. И я не ем травы. Глаза в глаза - стоим в ночном дозоре. Два дерзких вызова "иду на вы" Звенят в приятном нашем разговоре. Мы поняли друг друга до конца, Взаимно чтя друг в друге непокорство. Давай-ка, девочка, хлебнём ещё винца За наше ресторанное знакомство.По мотивам Эммельна*
Пройдите мимо, дитя, Не вздрогнув, глаз не скосив, Ключи на пальце вертя, Мурлыча модный мотив. Поймайте узкой рукой Летящий жёлтый листок - Слетит мой ложный покой, А город будет жесток: Он спрячет Вас за углом. Мой взгляд, зажатый в тисках, Рванётся к Вам напролом, Но тщетно будет искать Фрагменты гордой спины Средь торопящихся спин… Но Вы уже вплетены В орнамент старых лепнин… И плен грядущего дня Тягуч и тёмен как смерть. Пройдите мимо меня - Я буду долго смотреть. *- Эммельн - город, придуманный в творческом объединении “ЛИМБ”Подражание
Единым взглядом навек сражён (Какая тонкая грусть), Позвольте, я стану Вашим пажом - Всегда весёлым - клянусь. Оставлю молча отца и мать, Нарушу любой приказ… …Найти перчатку - и поцеловать Среди дворцовых проказ. Смотреть влюблённо, шутить и петь На палубе корабля, Сияя и радуясь, встать под плеть Сердитого короля. Не дать, не дать Вам грустить о нём, Отвлечь, обмануть сто раз - Чтоб Вам не видеть, куда мы плывём: Куда он отправил нас…Песенка Корсара
Белоснежка и Единорог: Мас-ка-рад, господа, маскарад. Я сегодня слегка одноног И изысканнейше бородат. Плюш и шёлк, бумазея и креп: Шелест моря - прилив и отлив. Я сегодня немножко свиреп И отчаянно сластолюбив. Белый Клоун и Рыжий Щенок, Белый Призрак и Чёрный Жасмин. Я сегодня слегка одинок, Но отсюда уйду не один. Словно рядом, но вдруг вдалеке Блещут губы и взгляды влажны. Мотыльком на виске, на щеке Детский шопот Персидской Княжны. ***(to Stacy)…И кто хоть раз занозы Из сердца извлекал, - Знаком с защитой Розы - Красивого цветка. Эффектнейшие штучки - Умны или глупы - Шипучие колючки, Колючие шипы. Не одолеть. Пустая Затея. Чтоб ясней - Представь: на Розу - стая, И Роза бьётся с ней. Уже почти в отключке, Но - в сторону толпы - Шипучие колючки, Колючие шипы. Запомните, матросы, Учтите, командир, Что смотрят, смотрят Розы На наш невзрачный мир. С витрины и с экрана, В Париже и Твери, Из книги Антуана Де Сент-Экзюпери.Ошеломлённая акро-песенка Корсара.
to StacyОтчаянья не пустят в этот дом: Неведомы его предначертанья. Антоним радости - мученье или страданье. Страданье истирается трудом. Кощунственно сомненье. Идеал Абстрактен. Только призрак в виртуале Замечен был. Я просто тосковал, Азартно тосковал об идеале… Лелей, мечта, ласкай, мечта, других, Аккордами мажорными колдуй им - Фанатам форм и вхожим в их круги Инкогнито, печальным обалдуям, Готовым вечно щёки подставлять Вольнолюбивым ручкам под удары… А я - сожму кинжала рукоять, Мне путь один: живут в морях корсары. * * * Журавль в руках, иль в небесах - синица, Бывает выбор иногда такой: Щебечет в синеве малютка-птица, Журавль же вот он, рядом, под рукой... Журавль уютный, прочный и привычный. Зачем же улетаешь ты, душа, От птицы положительно-приличной, Выписывая в небе антраша? Неужто всё за той, за сумасбродкой - За той пушинкой в бездне голубой, Что трелью незатейливо-короткой Однажды прозвенела над тобой? Журавль имеет право рассердиться... Ты не боишься разлучиться с ним?... Журавль - в руках, иль в Небесах - синица?... Но выбор сделан, чёрт возьми - летим! * * * Укатали Сивку горы золотые - Пышные букеты под ноги легли. Я ль вам не молилась, строгие святые? Что же вы от счастья не уберегли? Это ли не цепи, это ль не засада? Золотом на пальце стянута петля. Разве хватит силы вырваться из ада, Если этим адом сладостна земля? Были на распутьи спутаны дороги - Вместо буйной пляски разудалых слов Ляжет луч закатный на мои чертоги, В тишину вольется звон колоколов... * * * Придешь ли ты сверху иль с самого дна, Сейчас или лет через сто, Скажи мне лишь: "Танька, я голодна" - И я накрою на стол. Лачуга ли будет иль пышный зал, Блеск трапезы, хлеб ли простой... Нас черт одною веревкой связал, А может, то был святой. Живешь ли тихонько, иль горы круша, Средь смирных, иль в стане лихих, Скажи мне лишь: "Танька, болит душа." И я достану стихи. Задышит волшебных слов бирюза И мудростью, и красотой. Нас черт одною веревкой связал, А может, то был святой. Семью ль заведу или буду одна, Почувствовав сердца стон, Примчусь к тебе: "Ленка, я голодна." И ты накроешь на стол. Достанешь вина, поглядишь в глаза - Развеется мрак густой. Нас черт одною веревкой связал, А может, то был святой. * * * ...Ты есть шальная голова, Характер кошки, сердце льва, Ты знаешь вкус и сахара и соли. Но ты попала в жернова, Оставь задорные слова: И не таких ломали и мололи... * * * Ты вернешься. Заклятье не снято. Бог ли, дьявол мне в помощь - не струшу. За тебя - не за славу и злато - Продаю свою вечную душу. Спутан, связан и мне предназначен, Как бы дура-судьба ни крутила. Болью, болью ты мною оплачен - Я сполна за тебя заплатила. Ты придешь - притворюсь безмятежной, Не узнаешь ты - что это стоит. Маска глупенькой, хрупкой и нежной Снова истинный лик мой сокроет. * * * Курить бросала - не бросается. Любовь - тусклей день ото дня. Стихи опять не получаются И насморк мучает меня. Друзья украдкой, словно шопотом, Ушли в семью, ушли в дела. Жизнь богатеет горьким опытом, А юность в прошлое ушла... И пустота, и мгла кромешная. Устав надеяться и ждать, Готова к первому - пригревшему - На шею бросившись, рыдать. Будь я мужчина - было проще бы: Могла бы, чтоб тоску избыть, Напиться в стельку, все забросивши И матом стерву-жизнь покрыть... * * *Цветочный манифест
Наслаждаюсь желтым, розовым, зеленым, Пью оттенки жадными глазами. Удивляюсь георгинам и пионам, Но люблю - люблю ромашки с васильками. Буду землю разрыхлять, считать бутоны, Отгонять букашек с мотыльками, Буду холить георгины и пионы, А потом - лежать в ромашках с васильками. На обиду вскинусь зло и оскорблённо, Навернутся слёзы - я не камень. Ах, простите, георгины и пионы, Побегу реветь к ромашкам с васильками. Единицам предпочту я миллионы. Извините, что - обиняками... Подарю вам георгины и пионы, А себе возьму ромашки с васильками. "Я права?" - спрошу я у вороны, А она кричит под облаками: "Выдрать с корнем георгины и пионы, Пусть цветут одни ромашки с васильками." Другие стихи "Софиофилия" и "Картинки"
Объявления: